Средневековый путь в гнездо ветров. Русскому альпинизму 500 лет. Исторический очерк

Опубликовано alpinist

500 лет назад на территории Коми края было совершено первое русское альпинистское восхождение. Об этом сообщил дипломат Франческо де Колло своему императору в 1518 году.

Совсем недавно альпинистская общественность Российской Федерации отмечала 100-летие альпинизма. Был даже выпущен специальный памятный знак. Но так ли это? Начинается ли история российских горовосхождений со сталинских времен и восхождения грузинских студентов на вершину Казбека, с рапорта «вождю всех народов»? Собирая материалы по истории освоения Уральских гор, я натолкнулся на интереснейший документ, которому в этом году исполняется 500 лет: Франческо де Коло «Доношение о Московии», 1518 год. Документ доступный в интернете, относящийся в важным историческим свидетельствам зарождения российской дипломатии, но который, судя по всему, никто не рассматривал как источник по истории русских горовосхождений.

Франческо да Колло был послан императором Максимилианом I в Москву для умиротворения польского и литовского короля Сигизмунда и Великого князя московского Василия III, которые уже несколько лет воевали. Дипломат прожил в Москве около шести месяцев, с июля 1518 г. до января 1519 г. Переговоры потерпели неудачу. По приказу Максимилиана Франческо де Коло обязан был представить подробный доклад о своей миссии, поэтому дипломат вел ежедневные дневники. В этих дневниках нашлось место не только описанию переговоров, но и всей собранной им информации о Московии. Записанные педантично, иногда с определенными оговорками, дневники посольской миссии имеют высокий уровень достоверности. Достоверность сведений Франческо де Коло отметил и историк Н. Карамзин, в предисловию к изданию «Итальянец в России XVI в. Франческо да Колло. Донесение о Московии» он подчеркнул, что факты, сообщенные послом — Франческо де Колло, соответствуют данным русских источников.

Для любителей альпинизма и истории горовосхождений данный документ уникален тем, что в докладе дипломата Франческо де Коло есть не только упоминание о горах на территории Московии, но и имя первого русского горовосходителя. Более того, знакомого дипломату не понаслышке, а лично рассказавшего заморскому гостю о своем восхождении на высшую точку Рифейских гор. По просьбе дипломата, обращенной к Великому Князю Руси – Ивану III, Угрина Базеровича и его брата привезли в Москву, для рассказа о восхождении этих московитян на самую высокую гору Югорскую.

Вот фрагменты текста, написанного дипломатом в 1518 году (500 лет назад!), подтверждающие факт восхождения на горную вершину (в тексте фрагменты выделены автором).

«…И еще обладает сей князь двумя обширнейшими областями на Севере, Югра и Карелия, кои покрыты высочайшими горами и имеют обширнейшие поля, долины и леса, и простираются вплоть до Ледовитого Моря…»
«…Имеются в этой области разные горы огромнейшей высоты, среди которых чаще всего называют — она же самая высокая — Югорскую, которая среди Рифея признается самой высокой, так что хотя она и легко доступна, невозможно добраться до ее вершины иначе, как в четыре дня и четыре ночи; и — насколько мне говорили и заверяли люди, достойные доверия, в особенности маэстро Николай Любчанин, профессор медицины и астрологии и всех ученых наук — на сей вершине вечный свет,— что мне подтвердили также Угрин Базерович и один его брат, с коими имел я, после оказанной мне Князем милости, долгие беседы; ибо Князь повелел им прийти ко мне им из мест, как знающих дальние области. Названный брат Угрина меня уверял, что он подымался до самой вершины названной горы, или, по крайне мере, до той ее части, которая возвышается над всеми облаками и бурями воздушными, и где беспрерывный свет, не прерываемый никакою темнотою…».
«…Гора эта весьма близка области Югра и более других известна, так как живут здесь люди немного человечнее, или не такие зверские. От начала и до середины покрыта постоянно снегом с середины и выше — земля пепельного цвета и воздухом невозможно дышать, если как-то не позаботиться об этом прежде — как это и сделал названный брат Угрина, который, чтобы противостоять этому, намазал — как он говорил — лицо, голову и руки козьим салом и держал во рту губку, пропитанную этим же салом. Есть еще и другие горы Рифея как в европейской Скифии, так и в Азиатской, которые превосходят Гипербореи и вместе с ними соединяются но самой высокой из всех является названная выше гора Югорская, на которой зарождаются известнейшие реки…»

Сегодня сложно сказать, кем были Угрин Базерович и его брат: возможно, торговыми или промышленными людьми, но очевидно, что были они свободны и вполне образованы для своего времени. Сложно сказать и из каких краев родом: Вологодчина, Великий Устюг, Чердынь, Поморье, Коми Край – к концу 15 века жители большинства этих территорий служили верой и правдой московскому Великому Князю, а потому и доставить их в Москву для встречи с послом не составляло труда. Весьма сложно даже предположить, что двигало этих людей в мир скал и снегов, в заоблачные каменные тундры – любопытство, поиск кладов, поиск пути к солнцу? Зато сегодня с минимальной натяжкой можно путь, которым двигались средневековые путешественники и попытаться определить вершину, на которую поднялись братья Базеровичи.

В конце 15 века были уже известны и освоены три основных пути за Урал: первый: от Устюга по Вычегде, затем Вычегодской Кельтме (нынче — Северная Кельтма) с волоком на Каму, по Каме до Чердыни, затем по Вишере (Камской) с волоком через водораздельный уральский хребет в бассейн Сосьвы, далее по Сосьве до Пелыма. Этот путь был не только разведан, но и пройден ратью воеводы — князя Федора Курбского (Черного) и к началу 16 века уже подчинялась русскому государству. Но рядом с этим военно-торговым путем нет высоких гор, разве что Ишерим — 1331.8 довольно высокая для Урала гора, но она довольно далеко от освоенного в те времена торгового пути. Второй, известный новгородцам еще с 11-12 века торговый путь за Урал шел по Печоре, Усе, Ельцу, через Собский волок на Собь и по Соби до Оби.

На этом пути в доступной близости от речной долины есть ярко-выраженные заснеженные горы на восточной стороне — Райиз (1067.0), но эта территория даже в титулах Великого Князя Руси обозначена Обдором (обской округой, обским краем), поэтому, и этот путь, явно не тот, по которому шли первые альпинисты России. Третий путь с выходом от устья Щугора, к которому можно было добраться, как через верховья Печоры – с Чердыни, так и с Вычегды, через волоки через Южный Тиман (Жежим-парму), так и поднимаясь с низовьев Печоры, где уже к тому времени существовал Пустозерский городок. Этот путь использовался войском воеводы – князя Семена Курбского, разработавшего сложнейшую для средневековья военную операцию по принуждению к миру воинственной югры.

Три рати общей численностью более 5000 человек, под его общим руководством собравшись в устье Щугора , где был заложен городок Усташ (Это авторский допуск: до сих пор следов такого городка не обнаружено и он является городом-призраком на территории Коми Края, Заложен он был чуть позднее Пустозерска и упоминается в летописях. Но где он? – Загадка для исследователей истории Коми Края, которая может стать значимым научным открытием для историка, изучающего средневековье). А после сбора на лыжах с камусом (лямпах) перевалили через главный уральский водораздельный хребет. Отметим переход на лыжах через горы!

В военной истории Русского государства это первый горно-лыжный поход, для реализации которого не только изготавливались лыжи с камусом, но и передвижению на таких лыжах обучался личный состав. Обучение проходило в селе Усть-Вымь для всех воинов передового отряда воеводы Семена Курбского. Сам он весь поход прошел наравне с рядовыми ратниками на лыжах, ни разу не присев в нарты собачьей или оленьей упряжки. В этом военном походе воеводой С. Курбским с группой сподвижников была сделана попытка восхождения на гору Столп, которая не удалась из-за плохой видимости глубокого снега и снежных обвалов (вероятно – лавин). По сути, это первая письменно-зафиксированная на территории Руси попытка восхождения на горную вершину. По всем реальным возможностям Столп – это одна из вершин горного массива Тельпоссиз – самой высокой горы Северного Урал. Массив расположен на уральском водоразделе и может идентифицироваться с горой Югорской – самой высокой горой Рифейских гор, указанной в доношении Франческо де Колло.

Мы смело можем предположить, что гора Столп – Югорская гора – Тельпосиз – это один и тот же горный массив. Именно к этой горе – Столп, в описаниях пути на Югру, созданных С. Курбским, четыре дня пути, а она служит важным ориентиром при определении расстояния при переходе, через водораздельный хребет. Возможно, братья Базеровичи были участниками военного похода Семена Курбского. Это совсем не обязательно: после принуждения к миру С. Курбским и присоединению к русскому государству Югры, Обдора, Кондина, торговые экспедиции по этому пути стали регулярными. Именно по этому пути на Обь шли изделия из металла – от иглы до топора, а с Оби – пушнина, собольи, куньи, песцовые меха, медвежьи, волчьи, рысьи шкуры, моржовая и мамонтовая кость.

Очевидно, что свое восхождение братья Базеровичи совершили летом, а не зимой. Об этом говорит ряд факторов, мало понятных, а потому вызывающих удивление, западного дипломата: наличие снега от середины горы, и вечный свет на вершине. Человеку, не знающему про северный полярный день, длящийся три месяца, вечный свет и в самом деле может показаться чудом. Что привлекло братьев Базеровичей на безлюдную горную вершину? А чем привлекает людей сегодня альпинизм? Просвещенный западный обыватель – дипломат Франческо де Колло, не смог это выяснить 500 лет назад, но и сегодня в ответ на вопрос: «Зачем вы ходите в горы?», — даже именитый альпинист пожимает плечами.

Впрочем, возможны и вполне меркантильные интересы: про Золотую Бабу угров до сих пор ходит немало легенд. Одна из них говорит о том, что шаманы подняли ее высоко в полунощные (северные) горы, в места доступные только ветрам, чтобы охранял идола сам Войпель – ветер смерти (языческое божество). Тельпосиз в переводе с коми – Гора – Гнездо Ветров, в этом случае мог привлечь любителей поиска кладов. Кроме того, у подножья Тельпосиз геологи 20 века находили самородную медь. Если Братья Базеровичи были промышленными людьми и разбирались в рудознатном деле, то найденные образцы самородной меди, могли вывести их и на вершину Тельпоса — медь по тем временам была важна не менее золота. Не может не возникнуть вопрос: а может, они — Братья Базеровичи, поднялись на самую высокую гору Урала Народную (1895)? Это предположение следует откинуть сразу. В районе Народной не походило ни одного торгово-караванного пути с волоками через водораздельный хребет. Самая высокая часть Урала – Исследовательский хребет, была открыта только в 20-м веке, в 1927 году геологом А. Алешковым.

Гора Тельпосиз – самая высокая гора Северного Урала (1445.0) В переводе с коми название горы – «Гора-Гнездо Ветров». Фото из долины реки Щугор.

К сожалению, в доношении дипломата Франческо де Колло нет точной даты восхождения на гору Югорскую, а потому мы не можем дать точную стартовую отметку начала русских горовосхождений. Даже год восхождения мы не можем определить точно – где-то от 1505 по 1515 гг. Даже вершину без точных географических привязок мы можем определить только в режиме допуска. Зато, благодаря дотошности западного дипломата, мы знаем отчество (а может – фамилию) первых русских горовосходителей и имя одного из них. Зато на сегодня есть однозначный ответ: в первые же десятилетия после присоединения горных территорий к русскому государству появились и первые русские альпинисты, и это факт исторический и трудно оспариваемый. И было это на территории современного Коми Края.

По материалам: Франческо де Коло (Доношение о Московии, 1518 год).
Под редакцией: С. В. Журавлев, КМС, инструктор-методист по альпинизму 1 категории.

Источник: alpinist.biz

Использование данного материала на других ресурсах запрещено!


Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.